Выписка из роддома через черный ход

После родов нас с сыном перевели в одноместную палату Ярославского перинатального центра. Двери палаты напротив были открыты, туда тоже только что перевели женщину. Медсестра спокойным тоном рассказывала ей рядовую инструкцию как ухаживать за малышом.

-Да как же я буду ухаживать, я ж после кесарева и встать-то не могу, -вздыхала женщина.

-Ну это ж не сегодня, а завтра с утра, - ответила мед сестра.

Я чувствовала себя отлично. Довольная и счастливая. Малыш мой спал, он вообще был очень вялый после родов.

На следующий день приехал муж. Все время пока я рожала сына, он ждал на улице под окнами роддома. Вечером в палату его так и не пустили. Он боялся прикоснуться к малышу, таким хрупким, он ему казался. За окнами стояла летняя жара, май в этом году выдался на редкость знойным. В воздухе витало ощущение счастья и умиротворения, будто огромное важное дело осталось позади и теперь нас ждет только радость и покой. Хотелось скорее взять коляску и отправиться гулять с малышом.

Молоко у меня совсем не приходило, ребенок очень слабо сосал грудь. Несколько раз спрашивала медсестер о прикорме, они лишь ворчали: «Корми сама, а то молоко никогда не придет». К вечеру, поняв что сын совсем голодный, вытребовала бутылочку смеси.

Сделали аудио скрининг ушек, взяли анализы. Вроде все хорошо, но малыш начал сильно терять в весе. Медперсонал стал будить меня ночью, чтобы я кормила сына, так как сам он активно ничего не просит. Выпить норму молока ему сложно.

Уговорила детского врача сделать УЗИ почек малышу. Она долго упиралась, мои доводы, что до родов было расширение лоханок, казались ей не убедительными.

И вот мы на УЗИ, сначала сыну проверили головной мозг, и уж потом принялись за почки. Врач нахмурился и стал сухо называть параметры лоханок. Левая 15 мм, правая 8 записывала мед сестра, а я понимала, что это совсем не норма, даже близко. До рождения малыша я интересовалась темой пороков почек и знала, что в норме лоханка должна быть не более 6 мм. Закончив описание, врач повернулся ко мне и сказал: "У вашего ребенка не все хорошо с почками. Вам придется делать операцию."

Слезы градом полились по щекам, мне, показалось, что весь мой идеальный мир рухнул. Ведь я так ждала, когда закончится эта тяжелая беременность и мы встретимся с малышом для счастья. Страх, дикий страх за свое маленькое чудо, как он перенесет эту операцию ведь он совсем крошка.

Я вернулась в палату ревущая, буквально не замечая пола, на заплетающихся ногах. Вскоре к нам заглянула медсестра.

-Ну что ты ревешь, смотри какой он хорошенький и ручки есть и ножки, все на месте. - Испуганно заговорила она, видно было боязнь, что я откажусь от сына.

-Нет что Вы, я его ни за что не брошу.- Ответила я сквозь слезы, предугадывая ее мысли.

С тех пор время будто застыло, оно стал тянулось вязким туманом неизвестности по моей жизни. Малыш все время спал, в крови выявили высокий билирубин и его положили под лампу. Глазки были совсем отекшие. Кушал он так же очень мало, и слабо набирал вес. В коридоре женщины рассказывали, как их дети крутятся на пеленальных столиках и норовят упасть. Нам до таки достижений было как до луны.

Педиатр сообщила, что нас переводят в детскую больницу, так как больше держать в роддоме не имеют права. Утром к заднему двору перинатального центра подъехала скорая. В главный холл нас с сыном не пустили, видимо, чтобы не портить настроение другим выписывающимся своими кислыми лицами и слезами. Муж не успел подъехать к роддому, а ждать его никто и не собирался. Поехал сразу к детской больнице. А мы с сыном баулами и пакетами залезли в скорую и отправились в новую особую жизнь, к которой теперь нам приходилось привыкать.