Мы в отделении для детей с пороками развития

На улице светило яркое солнце, когда мы впервые вошли в двери Филатовской больницы. Отделение хирургии новорожденных ютилось на одном этаже с отделением недоношенных. Точнее в отделении хирургии был ремонт, и им пришлось занять несколько палат соседнего отделения. Каким же было мое удивление, когда мы попали в больницу совершенно идентичную Ярославской, вот только в тех палатах что были рассчитаны на одного - двух детей и их мам теперь стояли шесть-восемь люлек в ряд по стенам. Мамам же предоставлялись стулья. Которых, к сожалению, хватало не на всех. Паре мамочек приходилось стоять весь день около кроватки, или сидеть вдвоем на одном стуле. На ночь мам выгоняли домой.

В длинном узком коридоре около ординаторской постоянно толпился народ. Были тут и беременные с большими животами, малыши в переносках с родителями, пришедшие на послеоперационный осмотр. Для мам была отведена столовая, где кормили несколько раз в день и раздевалка, пропахшая запахом пота и грязи, заваленная вещами так, что уборщицы практически не мыли ее, поскольку свободного места на полу было крайне мало. Здесь переодевались, сцеживали молоко, спали, когда ребенок уснул, в общем делали все возможные и невозможные дела свойственные мамочкам.

В отделении оперировали деток с пороками почек, кишечников, пищеводов, половой системы, различные грыжи и мелкими хирургическими пороками. В день отделение делало планово одну большую 2х часовую операцию и пару маленьких получасовых. Для такого количества детей, это конечно очень мало, поэтому большинство малышей стояли на очереди ожидая свой черед попасть на хирургический стол. Операции делали разные, но в основном не инвазивные лапароскопические. С местами в реанимации так же были проблемы. Поэтому после легких операций в нее не клали, только после больших многочасовых.

В нашей палате было несколько мам с детками. Мусульманочка в темном полностью закрытом платье кротко сидела у окошка, она представилась Милой, видимо родное имя было сложное для русской речи. У ее малыша проблемы с почками. Вторую мамочку звали Светланой, ее доченька всегда носила шапочку, даже в самую жару и духоту на головке была надета косынка. Медсестры ругались на Свету, чтобы она сняла головной убор. Позже я узнала, что на голове у ее малышки большая выбоина. Девочка страдала гидроцефалией и спинобифидой, проще говоря, пороками головного и спинного мозга, а также множества других сопутствующих пороков. Здесь она лежала с почками. Третья мама Юля так же имела дочку, у них была атрезия пищевода. На месте 2х коек в углу у стены располагался большой кувез для недоношенных, в нем лежал малыш с множественными пороками развития, какие точно я узнала позже, когда, познакомилась с его мамой. Прямо у входа, рядом с дверью одиноко стояла люлька малыша отказника с синдромом Дауна, его только прооперировали и вернули из реанимации, здесь его никто не встречал и, он совсем кроха тихонечко попискивал, отходя от перенесенного в полном одиночестве.

Вот так встретила нас Филатовская больница в то утро.