Угроза выкидыша

Я никогда еще не сталкивалась с болью лицом. Такой глубокой, искренней женской болью. Вся моя жизнь текла если не в розовых, то в голубовато серых тонах. Никаких падений и потерь я не наблюдала. Когда-то в детстве от старости у меня умер дедушка, пожалуй, это все проявления горя, что я видела в свои двадцать три года. Теперь мне предстояла узнать и иные формы человеческого страдания.

Прошло две недели с того момента, как я узнала о беременности. Появились первые признаки в виде утренней тошноты. Живот стал болеть, тянущие боли не давали покоя. Отлежавшись дома пару дней, я все-таки направилась в женскую консультацию. После узи был выставлен диагноз в виде большой гематомы. С подозрением на выкидыш я была направлена в отделение гинекологии, где и лежу уже вторую неделю под капельницами. Палата рассчитана на пять человек. У двери спит женщина лет сорока пяти у нее какие-то проблемы с кистой яичника, ее оперировали. Она самый легкий случай из всех пациентов. С другими ситуация куда сложнее.

Справа от меня молодая девчонка 20 лет, еще моложе меня. Совсем юная, c большими испуганными глазами. Она, как и я, попала в подобное место впервые. Подозрение на замершую беременность, тест заполосатился, но ребенок в матке перестал расти. Врачи ждут еще неделю в надежде услышать сердцебиение ребенка. Та же ситуация и у женщины спящей рядом с окном. Ей тридцать восемь, и она в ожидании третьего малыша. Двое здоровых деток ждут ее дома, а вот с третьим ребенком никак не выходит. Это не первая ее замерзшая беременность, уже дважды ей приходилось проходить процедуру чистки. Врачи сказали если и в третий раз ситуация повторится ее направят к генетикам. Обе они в ожидании чуда, пьют гормональные препараты и молятся услышать сердечко своей крохи на ближайшем узи.

Койка слева от меня долго пустовала, но вчера привезли женщину тридцати лет после экстренной операции. Она тядело отходила от наркоза, сегодня мы разговорились. Наверное, после всего пережитого ей хотелось хоть с кем-то поговорить. В ее семье произошла ссора, муж неудачно толкнул ее или ударил, она упала на живот. Беременность на раннем сроке прервалась сама собой, ее экстренно вычистили, дабы остановить кровотечение. Она вздыхает и смотрит в одну точку. Ребенок был для нее неожиданностью, этого малыша она не планировала, но уже настроилась и ждала его. Видимо поддавшись своему настроению, она рассказала мне историю своей сестры. У которой начались проблемы с беременностью на 36 неделе, врачи долго старались доносить ребенка и им это удалось. Малыш родился на 39 неделе в срок. Однако, как выяснилось позе, с 36 недели до 39 он страдал сильным кислородным голоданием в утробе матери. Выдали ей в роддоме лежачего инвалида. Через три года сестру бросил муж, она до сих пор не оправилась от своего горя, рассудок ее временами мутнеет.

-Уж лучше как у меня, чем как у нее, вздыхает соседка. -Возможно, такие мысли ее утешают.

Я сопереживаю всем этим девушкам, но не хочу пропускать это через себя. У меня все будет иначе, все будет хорошо, я уверена. Весь этот кошмар пройдет стороной рядом, но не затронет мою семью и моего малыша.

Вечером позвонила мама. Тихо спросила, что если ребенок не здоров и организм сам избавляется от него. Меня шокировала такая мысль, поругалась с ней. Возможно она и права, но я не хочу об этом думать. Это мой малыш, и пока ни о каких проблемах в его развитии речь не идет. Гематома далеко от него, и ее причиной может быть множество иных факторов, не зависящих от здоровья ребенка.

Узи сделали на следующий день всем беременным, кто лежал в палате. У моей крохи все хорошо. Гематома уменьшилась, сердечко забилось. Теперь я могу встать на учет в женской консультации. У девочек, что лежат со мной все намного хуже. Замерзшая беременность подтвердилась. Их обоих направили на чистку. Врач в коридоре вздыхала и винила во всем экологию. Сказала, что раньше замерзших беременностей было намного меньше.